Прикладная наука: Золушка в ожидании принца

Что сдерживает развитие аграрного сектора экономики страны? Только ли суровый климат России и Тувы или проблемы переходного периода? Где та палочка-выручалочка, с помощью которой наше село способно выжить и после вступления в ВТО? Кандидат сельскохозяйственных наук, заместитель директора НИИ аграрных проблем Хакасии Вадим Савостьянов видит ответы на многие актуальные вопросы в состоянии аграрной прикладной науки. О ней — предлагаемое интервью.

— Вадим Константинович, и при совхозной системе многие аграрии-производственники относились к науке с изрядной долей скепсиса. А после ее крушения это партнерство практически свернулось, особенно в Туве. У фермеров и, тем более, — у владельцев личных подсобных хозяйств просто нет денег на содержание ученых. Значит ли это, что на системном сотрудничестве с наукой можно ставить крест?

— Но может быть именно в том, что это партнерство переживает не лучшие времена, и кроется одна из причин невысокой отдачи каждого гектара пашни или пастбищ? Сельскохозяйственное производство в республике ведется в трудных, экстремальных природных условиях. Почвы легко ранимы, при их неправильном использовании подвержены деградации и опустыниванию. Технологии земледелия и животноводства, разработанные в регионах с благоприятным атмосферным увлажнением, здесь неприемлемы. Поэтому именно в Туве крайне важно опираться на рекомендации местных ученых-аграриев.

Из уст отдельных руководителей производства можно и сегодня нередко услышать: «Мы и без науки все знаем». Мнение это, конечно же, неверное. В отдельных случаях, не привлекая ученых, получают неплохие результаты, но в разы чаще — отрицательные. Не случайно там, где всячески поддерживают и развивают науку на своих территориях, сельскохозяйственное производство отличается высокими уровнем и эффективностью. Возьмите для примера США, европейские страны, Китай. Пос­ледний практически решил вопросы продовольственной безопасности своей страны. Несмотря на огромное население — более 1,3 млрд. человек — и ограниченность земельных ресурсов — только 7 процентов мировой пашни, — Китай достиг более высоких показателей производства продуктов питания на душу населения, чем наша страна, имеющая почти в десять раз меньше населения и большие площади пашни. При этом, по данным минсельхоза Китая, значительный ежегодный рост объемов сельс­кохозяйственного производства на 50–55% обеспечивается за счет освоения научных разработок.

Но вся проблема упирается у нас, как всегда, в финансы. Наш производитель нанимать науку не в состоянии из-за нехватки денег, а денег не хватает, потому что он не дружит с наукой. Заколдованный круг получается, как его разорвать?

— Прямое воздействие на развитие и эффективность сельскохозяйственного производства оказывает только прикладная наука, учитывающая в своих рекомендациях совершенно конкретные местные условия. Это нисколько не умоляет значение фундаментальной сельскохозяйственной науки, главной задачей которой является получение новых знаний, на которых и основывается наука прикладная. Фундаментальные исследования в России финансируются из федерального бюджета. Прикладная же наука должна развиваться не только за счет местных сельских товаропроизводителей. Подпитывать ее должны региональные и муниципальные бюджеты. Поэтому совершенно несправедливы упреки местных властей в слабом прямом влиянии научно-исследовательских учреждений на развитие сельскохозяйственного производства, если эти учреждения не привлекают к выполнению конкретных прикладных исследований и не выделяют им финансовых средств на их проведение.

А может производителю достаточно общих знаний, полученных в сельхозтехникуме или институте. Многие из фермеров — дипломированные агрономы или зооинженеры, есть к тому же специалисты минсельхоза, управлений сельского хозяйства в районных администрациях…

— Прикладная сельскохозяйст­венная наука — это наука местная. Для получения положительных результатов от любых, пусть самых перспективных, технологий земледелия и животноводства в условиях республики нужно предварительно в течение трех лет изучать эти технологии в весьма разнообразных природных условиях. И выводы по ним будут, возможно, разными, например, для черноземных почв Турано-Уюкской котловины, каштановых почв Барлыкской степи и опустыненных земель приграничных с Монголией Эрзинского и Тес-Хемского кожуунов. Поэтому освоение любых предложений в производстве должно начинаться с их предварительного изучения в совершенно конкретных местных почвенно-климатических и хозяйственных условиях, даже если мало финансовых средств, поскольку возможные ошибки и последствия могут быть значительно дороже.

Выполнить такие исследования могут только местные научные учреждения. Никто не придет в республику, чтобы это сделать. Поэтому нужно избавляться от мнения, что «в своем Отечестве нет пророка», и всячески стимулировать и поддерживать развитие научных и образовательных учреждений республики, очень бережно относиться к их научным кадрам.

При этом участниками выполнения прикладных НИР на конкурсной основе могут стать местные научные и образовательные учреждения, включая финансируемые по основной деятельности из федерального бюджета. Учитывая потребность регионов в прикладных исследованиях, последние, в частности, институты Россельхозакадемии, в годовых сметах предусматривают до 50 процентов исследований, выполняемых за счет средств местных бюджетов.

Вадим Константинович, ослабление партнерства производственника с ученым — это особенность АПК Тувы или явление типичное?

— К сожалению, типичное. Практически во всех регионах Сибири, за исключением Республики Саха–Якутия, местные научные учреждения, финансируемые из федерального бюджета и имеющие возможность выполнить прикладные исследования, привлекаются к ним совершенно недостаточно. А потому и существуют в роли этакой Золушки, дожидающейся своего принца.

В частности, в Хакасии объем государственных заказов, грантов министерства сельского хозяйства и продовольствия и министерства образования и науки НИИ аграрных проблем Хакасии составил в 2012 г. 2,5 млн. руб., в 2013 г. — 1,3 млн. руб. Эффективность выполнения заданий высокая. В ходе исследований разработаны целевая программа минсельхоза РХ по биологизации земледелия, селекционно-племенные планы по КРС, овцеводству и коневодству на период 2013–2020 гг., технология биологической рекультивации земель, нарушенных открытой добычей угля, система профилактики и лечения болезней молодняка КРС и овец, критерии отбора залежных земель для их освоения. Институт же имеет возможность выполнения прикладных НИР объемом до 8–10 млн. руб. в год.

Это относится и к Тувинскому НИИ сельского хозяйства. При его создании 10 лет назад по соглашению Правительства Республики Тыва и Президиума Сибирского отделения было определено паритетное финансирование из федерального и республиканского бюджетов. В 2012 г. при изменениях бюджетного законодательства, в силу которых стало невозможно напрямую выделять средства республиканского бюджета федеральному институту, Тувинский НИИ сельского хозяйства лишился половины объемов финансирования, что поставило его на грань закрытия. Вопрос можно решить привлечением института к выполнению на конкурсной основе целевых программ министерства, разработка которых разрешена действующим законодательством, но руководство минсельхоза не торопится это делать, видя катастрофическое положение института. Зачем же его десять лет создавали и кто проиграет от его возможного закрытия? Ответ однозначный — сель­ское хозяйство и население республики. Возможные ссылки на низкую эффек­тивность работы института неуместны. За 10 лет существования институт много сделал, и его работа высоко оценивается научным сообществом при всех, несомненно, имеющих место недостатках в его деятельности.

Кстати, вы утверждаете, что многие из фермеров — агрономы и зооинженеры. Это далеко не так. А между тем, сельскохозяйственное производство нельзя вести, не имея профильного образования. В Германии получить землю для ведения сельского хозяйства без образования невозможно, и даже если у семьи есть земля, но дети не имеют образования, после смерти отца государство принудительно выкупает землю. У нас в стране сегодня другой подход: землю — всем, поэтому таковы и результаты. Нужно обязательно учить фермеров азам земледелия и животноводства, тогда эффективность выделяемых в республике значительных средств на создание семейных молочных ферм, поддержку крестьянских фермерских хозяйств будет значительно выше. Это широкое поле деятельности для минсельхоза и минобрнауки РТ. А главными исполнителями этой работы должны стать местные аграрные образовательные учреждения. Тем самым решаются сразу две задачи: получаем квалифицированные кадры сельхозпроизводителей и подтягиваем за счет финансирования уровень обучения в этих учреждениях. Человека, уже работающего на земле, учить гораздо труднее, чем вчерашнего школьника.

А может быть, мы излишне сгущаем краски? Посмотрите на прилавки продовольственных магазинов — ломятся от товаров…

— А если убрать из витрин весь импорт, что в них останется? Достижение продовольственной безопасности страны, медицинских норм потребления продуктов питания населением невозможно без значительного усиления научного обеспечения сельскохозяйственного производства.

Особенно актуально это для засушливых территорий. Ведь, например, в Республике Тыва, по данным Росстата, потребление населением в 2012 г. мяса и мясопродуктов составило 77 процентов от медицинских норм, молока — 45, яиц — 32, рыбы — 40, картофеля — 84, овощей — 29, фруктов — 28 процентов. И только хлеба в республике съели на 24 процента больше медицинской нормы.

В Республике Хакасия положение несколько лучшее, но и здесь медицинские нормы «выполняются» только по картофелю и хлебным продуктам. Нужно учитывать и то, что и в Хакасии, и в Туве потребности в продовольствии обеспечиваются не только за счет производства на месте, но и завоза из других регионов. И в целом продовольственная корзина России заполняется собственными товарами только на 67 процентов.

К сельскохозяйственной науке нередко высказывают много претензий. Конечно, у нее есть недостатки, но при существующем уровне ее финансирования и заработной платы ученых, материально-технического оснащения приборами и оборудованием, в 4–5 раз меньшем, чем, например, в Китае, трудно их не иметь.

— Как вы считаете, на что необходимо нацеливать сегодня аграрную науку Тувы?

— В соответствии с Федеральной целевой программой «Развитие мелиорации земель сельскохозяйственного назначения России на 2014–2020 гг.», утвержденной правительством России, предусмотрена реконструкция Тес-Хемской, Барлыкской, Терезинской и Чаданской оросительных систем на площади 6394 га, на что в 2014–2019 гг. будет выделено 75,4 млн. руб. Это здорово. Но готова ли республика к проведению этой жизненно важной для нее работы?

Без орошения в засушливых условиях республики трудно получать устойчивые урожаи зерновых и кормовых культур, картофеля и овощей. Но пока и на имеющихся площадях орошаемых земель урожаи не высоки. И без проведения прикладных исследований по совершенствованию технологий полива, технологий возделывания сельскохозяйственных культур на орошаемых землях трудно переломить сложившуюся ситуацию.

То же относится и к использованию богарных земель, площади которых в пашне в республике сократились более чем в 10 раз. И если в период с 1966 по 1996 год Тува производила в среднем на душу населения 366 кг зерна, то в 2012 г. она произвела только 64 кг. По данным ООН, минимально необходимое производство зерна на душу населения составляет 243 кг. Поэтому вовлечению в пашню новых земель в республике нет альтернативы. И здесь тоже не обойтись без науки, без научно-обоснованного отбора лучших земель, находящихся сегодня в залежных землях, без их научно-обоснованного использования, совершенствования почвозащитной системы земледелия, отвечающей местным условиям, без осуществления мер предотвращения деградации и опустынивания.

Быстрый рост поголовья скота в республике в последние годы радует, но серьезно беспокоит состояние пастбищ, основы развития животноводства в засушливых условиях. Однако уже даже имеющиеся предложения ученых С.С. Курбатской и Л.К. Аракчаа не находят должного внимания министерства сельского хозяйства и продовольствия республики. А без их реализации трудно рассчитывать на благополучное развитие основной в республике отрасли животноводства.

Много проблем нужно решить и для повышения эффективности ведения овцеводства, коневодства, молочного и мясного скотоводства. И здесь без науки также не обойтись. Важен вопрос развития садоводства (в т.ч. облепихи). Ведь даже в Убсу-Нурском аймаке Монголии сегодня около 400 га облепихи и смородины. Почему же этого нет в Туве при столь низком потреблении фруктов и ягод?

Первым решением Ш.В. Кара-оола, после вступления на должность Председателя Правительства Республики Тыва, было увеличение в 5 раз расходов республиканского бюджета на развитие сельского хозяйства. Если законодательная и исполнительная власть республики найдет возможность сделать заказ для науки и увеличить финансовую поддержку прикладных исследований местных научных и образовательных учреждений, то можно будет надеяться на достижение поступательного развития сельского хозяйства республики.

Галина МУРЫГИНА

23.11.2013

№: 

131

Рубрика: 

Популярные статьи

Продал дом? Можешь не регистрировать... 11.07.2013 №: 75 Всего просмотров: 175 598
Русский язык — река жизни 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 104 067
Бизнес-гёрл из Кызыла 21.03.2013 №: 30 Всего просмотров: 103 659
У слияния Енисеев 30.07.2013 №: 82 Всего просмотров: 96 835
Зарегистрируйся и управляй страной 21.01.2014 №: 6 Всего просмотров: 70 525